Нарастание противоречий в кооперативном движении. С переходом к нэпу в нарастающем темпе происходил процесс оживления товарно-денежных отношений, на волне которого началось восстановление сельскохозяйственной и кустарно-промысловой кооперации, получившее в декретах лета 1921 г. правовое обеспечение.

Симптоматично, что 17 мая 1921 г., в тот же день, когда Совнарком утверждал генеральный договор с Центросоюзом о натуральном обмене, было принято постановление другого социально-экономического направления (текст его, несмотря на большой объем, было решено передать на места по телеграфу) – «О руководящих указаниях органам власти в отношении мелкой и кустарной промышленности и кустарной, сельскохозяйственной кооперации». Местным органам власти предписывалось принять все необходимые меры к развитию кустарной и мелкой промышленности, как в форме частных предприятий, так и в кооперативной форме, а также к всемерному развитию сельскохозяйственной кооперации; избегать излишней регламентации, стесняющей почин отдельных лиц и групп населения; не стеснять крестьян и кустарей в свободном распоряжении производимым ими товаром, за исключением произведенного из госсырья и на особых договорных условиях; поощрять мелких производителей к кооперированию путем предоставления их объединениям ряда преимуществ. В отношении союзов не выше губернского уровня предусматривалось явочное образование кооперативов, добровольное вступление в них членов и свободное избрание правлений. Так как директивы политбюро не публиковались, то только из текста «указаний» стало известно, что допускается самостоятельное функционирование кустарно-промысловой и сельскохозяйственной кооперации, и кооператоры начали восстанавливать ранее действовавшие и создавать новые товарищества и союзы.

Линия «Руководящих указаний» была развернута в декретах, которые могут уже быть названы, выражаясь современным языком, рыночными: от 7 июля «О промысловой кооперации» и от 16 августа – «О сельскохозяйственной кооперации». Этими узаконениями провозглашались отделение сельскохозяйственной и кустарно-промысловой кооперации от потребительской, их полная независимость и, следовательно, право на создание самостоятельных кооперативных систем. Признавалось право крестьян и кустарей вести любые хозяйственные, в том числе и торговые, снабженческо-сбытовые операции, создавать для этого любые формы кооперативных объединений (на кредитные «табу» еще сохранялось до января 1922 г.). Всем видам кооперативных объединений предоставлялась полная свобода финансовой деятельности и накопления средств, ведения операций на собственные средства, за свой счет, на свой страх и риск.

В период разработки этих декретов, а затем и после их принятия против развертывания этой линии велась ожесточенная кампания со стороны противников допущения кустарно-промысловой и особенно сельскохозяйственной кооперации в сферу обращения, высвобождения их из-под эгиды уже полностью «завоеванной» коммунистами и перестроенной в духе коммунистического идеала потребкооперации. Таких противников в партийных кругах было значительно больше, чем понимающих необходимость свободного развития всех форм и функций кооперации.

Уже после принятия декрета от 16 августа многие партийные работники, прямо или косвенно связанные с сельским хозяйством, считали недопустимым восстановление деятельности сельхозкооперации в сфере обмена. Так, член коллегии НКЗ А. X. Митрофанов полагал, что главный путь подъема сельского хозяйства должен проходить через учрежденные решением VIII Всероссийского съезда советов (декабрь 1920 г.) сельские посевные комитеты. Это решение не было отменено, и такие комитеты продолжали существовать до 1922 г. «Севкомы, – писал он, – должны жить и развиваться в сельскохозяйственную производственную кооперацию». Даже в декабре 1921 г. содокладчик по вопросу о сельхозкооперации на XI конференции РКП(б) Д. Мануильский заявил: «Если советской власти грозит чрезвычайная опасность, то она не столько со стороны крупных арендаторов, сколько со стороны этой всероссийской Сухаревки, которую представляет сейчас сельскохозяйственная кооперация, Эта организующаяся мелкая буржуазия, неуловимая, представляет собой большую опасность».

Черные камни Ики
Первые упоминания о находках в этом районе Перу черных камней с изображениями странных животных относятся к XVI веку. Индейский летописец Хуан де Санта Крус Пачакути в своей хронике "Relacion de antique dades d´este reyno del Peru" (1570) писал, что в местности Чинчаюнга (соотносится с современной провинцией Ика) находят ...

Внешняя и колониальная политика Франции в начале XX века
К началу XX в. особенно обострились все свойственные империализму противоречия, и, прежде всего, противоречия между различными финансовыми группами и между империалистическими державами в связи с усилением борьбы за передел мира; противоречия между горстью господствующих «цивилизованных» наций и сотнями миллионов колониальных и зависимы ...

14 декабря 1825 года
14 декабря 1825 года «Россия впервые видела революционное движение против царизма». Смелый вызов самодержавию был сделан в столице Российской империи – в Петербурге, на одной из её центральных площадей. 30 декабристов – военных и штатских – вывели на Сенатскую площадь 3 тысячи солдат столичной гвардии и матросов Гвардейского морского эк ...