Административно-командная система, сформировавшаяся в 30-е годы, зародилась в рамках нэповской экономики. Она, с одной стороны, продолжала традиции «военного коммунизма», но с другой — зрела в рамках самого нэповского общества. Каким же образом из нэпа, с его демократическим потенциалом, ориентацией на личный интерес и т. д., вырастает его отрицание — адми-нистративно-командная система? Можно ли считать ее полным отрицанием нэпа, или между ними более тонкая связь?

Глубокое осмысление действительной картины 20-х годов 6локирует романтизированное восприятие нэпа, нежелание видеть созревший в рамках нэпа его антипод. Несмотря на трестовский хозрасчет, без сильных административных подпорок изначально не могла существовать государственная промышленность. С момента введения нэпа партия сознательно избегала использования рыночных механизмов во взаимоотношениях между тяжелой и легкой промышленностью.

Взаимоотношения между рабочими и администрацией на заводах и фабриках регулировались не работой на конечный результат, не хозрасчетными формами, например коллективным подрядом, а традиционной системой норм, тарифов и расценок. В результате была слаба материальная заинтересованность рабочего в конечных результатах, да и у самого коллектива предприятия заинтере­сованность носила специфический характер, потому что его прибыль обезличивалась в едином балансе треста. Действовавшая в государственной промышленности си­стема была, образно говоря, хозрасчетом для начальников.

Для рабочих переход от одной системы управления (хозрасчетной) к другой (административно-командной), по сути, ничего не менял. Не чувствуя новую экономическую политику непосредственно на производстве, рабочий класс не стал той социальной силой, которая за принципы нэпа держалась бы и боролась.

Да, нэп улучшил материальное положение рабочих, но не проник вглубь, на производство. И когда в 1927 году обострились социальные проблемы, возникли продовольственные трудности, когда в 1928 году начали вводить «заборные книжки» (карточная система снабжения продуктами), индустриального рабочего к «традиционному» нэпу уже ничто не привязывало.

Более того, в конце 20-х годов административные методы — зародыш будущей административно-командной системы — как раз и создавали для рабочего класса си­стему определенных социальных гарантий. Парадокс? Только на первый взгляд.

Надо учесть, что доведенный до рабочего места хозрасчет в той или иной мере поставил бы материальное положение рабочего класса в зависимость от стихии частного рынка, Административное вмешательство государства в экономику, когда оплата производилась не по конечному результату работы коллектива, а за выполнение определенных операций, по нормам и тарифам, освобождало рабочих от последствий неизбежного в условиях хозрасчета хозяйственного риска.

Поэтому и сам рабочий класс требовал гарантировать его интересы административным путем. Отдельные слои, главным образом новички на предприятиях индустрии, стремились даже к утверждению уравнительности в оплате труда, что и было частично реализовано в ходе тарифной реформы 1928 года.

Казалось бы, абсолютно привязанной к нэпу силой было крестьянство. Но так ли это? 35 процентов крестьян, освобожденных от уплаты сельхозналога, пролетарские, полупролетарские, люмпен-пролетарские и бедняцкие элементы деревни — были ли они заинтересованы в сохранении нэпа? Те льготы, классовые гарантий, которыми пользовалась деревенская беднота в 20-е годы, гарантировались ей непосредственным государственным вмешательством в экономику.

Были ли привязаны крестьяне к нэпу не через стихию частного рынка, а через различные госкапиталистические формы — прежде всего низшие формы кооперации? Казалось бы, да. Но за массовым развитием этих форм в 1925—1927 годах руководители сельскохозяйственной кооперации видели «огосударствление» кооперации. Они даже считали, что в 1927 году кооперативное движение уже представляло собой нечто новое, в отношении чего трудно применять слово «кооперация», что необходимую степень соединения частного торгового интереса с общим еще не совсем удалось найти на практике.

Некоторые партийные руководители еще в начале 20-х годов поняли, что, в принципе, нэп может прийти к собственному отрицанию. На IV конгрессе Коминтерна (1922 год) Бухарин говорил, что пролетариат после победы революции сталкивается с проблемой соотношения между формами производства, которые он может рационально организовать, и такими, которыми в начальной стадии строительства социализма он управлять не в состоянии.

Внешняя политика СССР в годы перестройки
На рубеже 1987–1988 гг.возникает новая внешнеполитическая доктрина, получившая название «новое политическое мышление». Основными принципами нового внешнеполитического курса были: 1) отказ от фундаментального вывода о расколе мира на две противоположные общественно-политические системы; 2) признание этого курса единым и неделимым; 3) ...

Рост недовольства рабочих
Феодальные пережитки в деревне тормозили развитие товарно-денежных отношений в стране, негативно отражались на развитии внутреннего рынка. 3/4 населения занималось сельским хозяйством, в то время как в развитых странах Европы менее половины. Это обстоятельство влияло на складывание рынка рабочей силы, деформировало процессы индустриализ ...

Нарвские триумфальные ворота (1827—1834 гг.)
Нарвские триумфальные ворота (1827—1834 гг.) (Рис. 17) — памятник архитектуры стиля ампир в Санкт-Петербурге. Расположены на площади Стачек вблизи станции метро "Нарвская". Построены в 1827—1834 (архитектор Василий Стасов, скульпторы С. С. Пименов, В. И. Демут-Малиновский, П. К. Клодт — первая серьёзная работа) в память о гер ...