Историческая информация » История российско-польских отношений в XVII–XIX веках » А.Л. Ордин–Нащокин и его мечты о тесном союзе с Польшей

А.Л. Ордин–Нащокин и его мечты о тесном союзе с Польшей
Страница 1

Самый замечательный из московских государственных людей XVII в. царь Алексей создал в русском обществе XVII в. преобразовательное настроение.

Ордин – Нащокин – самый блестящий из сотрудников царя Алексея. Он вел двойную подготовку реформы Петра Великого. Он высказал много преобразовательных идей и планов, которые после осуществил Петр Великий. Потом, Ордин – Нащокину пришлось не только действовать по-новому, но и самому создавать обстановку своей деятельности. Он был едва ли не первым провинциальным дворянином, проложившим себе дорогу в круг этой спесивой знати (старое родовитое боярство). Афанасий Лаврентьевич был сын очень скромного псковского помещика. Он стал известен еще при царе Михаиле: его не раз назначали в посольские комиссии для размежевания границ со Швецией. В январе 1667 г. в Андрусове он заключил перемирие с Польшей, положившее конец опустошительной для обеих сторон тринадцатилетней войне. Он вытягал у поляков не только Смоленскую и Северскую землю и восточную Малороссию, но и из западной - Киев с округом. Он был пожалован в бояре и назначен государственным канцлером.

Псковский край, пограничный с Ливонией, издавна был в тесных сношениях с соседними немцами и шведами. Внимательное наблюдение над иноземными порядками и привычка сравнивать их с отечественными сделали Нащокина ревностным поклонником Западной Европы и жестоким критиком отечественного быта.

Привязанность его к западноевропейским порядкам и порицание своих нравились иноземцам, но это же самое наделало ему множество врагов между своими.

У Нащокина были свои дипломатические планы, своеобразные взгляды на задачи внешней московской политики. Он видел, что в тогдашнем положении и при наличных средствах Московского государства для него неразрешим в полном объеме вопрос о воссоединении Юго-Западной Руси с Великороссией. Вот почему он склонялся к миру и даже к тесному союзу с Польшей и хотя хорошо знал "зело шаткий, бездушный и непостоянный польский народ", но от союза с ним ждал разнообразных выгод. Между прочим, чаял он, турецкие христиане, молдаване и волохи, прослышав про этот союз, отложатся от турок, и тогда все дети восточной церкви, обитающие от самого Дуная вплоть до пределов Великой России и ныне разъединяемые враждебной Польшей, сольются в многочисленный христианский народ, покровительствуемый православным царем московским, и сами собою прекратятся шведские козни, возможные только при русско-польской распре.

Хлопоча о тесном союзе с вековым врагом и даже, мечтая о династическом соединении с Польшей под властью московского царя или его сына, Нащокин производил чрезвычайно крутой поворот во внешней московской политике.

Помыслы о соединении всех славян под дружным руководством Москвы и Польши были политической идиллией Нащокина.

Как практического дельца, его больше занимали интересы более делового свойства. Он старался устроить торговые сношения с Персией и средней Азией, с Хивой и Бухарой, снаряжал посольство в Индию, смотрел и на Дальний Восток, на Китай, помышляя об устройстве казацкой колонизации Поамурья. Но на первом плане – Балтийское море. Он понимал торгово-промышленное и культурное значение этого моря для России, и потому его внимание привлекала Швеция, именно Ливония, которую, по его мнению, следовало добыть во что бы ни стало: от этого приобретения он ждал громадной пользы для русской промышленности и казны царя. Увлекаемый идеями своего дельца, царь Алексей смотрел в ту же сторону, хлопотал о возвращении бывших русских владений, о приобретении гаваней Нарвы, Иван-города, Орешка и всего течения реки Невы со шведской крепостцой Канцами (Ниеншанц), где позднее возник Петербург. Но Нащокин шире смотрел на дело: нужно пробраться прямо к морю, приобрести Ригу, пристань которой открывает ближайший прямой путь в Западную Европу. Составить коалицию против Швеции, чтобы отнять у нее Ливонию, - это была заветная мысль Нащокина. Для этого он хлопотал о мире с ханом крымским, о тесном союзе с Польшей, жертвуя западной Малороссией. Эта мысль не увенчалась успехом, но Петр Великий целиком унаследовал эти помыслы отцова министра.

Страницы: 1 2


Внешняя политика СССР в конце 1920—1930-х гг
Во внешней политике СССР конца 1920–1930 гг. можно выделить три основных периода: 1) 1928–1933 гг. – союз с Германией, противостоящий западным демократиям; 2) 1933–1939 гг. – постепенное сближение с Англией, Францией и США в условиях разрастающейся угрозы со стороны Германии и Японии; 3) июнь 1939–1941 гг.– сближение с Германией (в ...

«Передышка» и распад Народного фронты
Однако финансовые трудности заставили правительство Блюма объявить «передышку» в осуществлении программы Народного фонта. Казна была пуста. В этих условиях правительству пришлось пойти на девальвацию на 14% французского франка. Левые группы, среди них коммунисты, выдвинули требование «Пусть платят богачи!» Это означало бы переход движе ...

Второй том «введения в анализ бесконечных»
В том же году, что и «Алгебра» Маклорена, вышла книга Эйлера «Введение в анализ бесконечных величин». рис. 2. Титульный лист книги. Рис. 3. Оглавление Второй том «Введения» был отведен исключительно геометрии, именно — аналитической геометрии. Эйлер весьма ясно и искусно резюмировал здесь все достижения своего времени в этой обла ...