Местным властям не удалось привести этих крестьян в послушание. Рапортом от 4 сентября 1812 года подкомиссар доносил в Борисов, что крестьяне «вместо исправления еще хуже взбунтовались . несмотря на то, что посланы были люди с солдатами для принуждения; они не только на работы не вышли, но солдат и людей избили. Меня грозили убить». Подкомиссар сообщал дальше, что у крестьян имеется много карабинов и других видов оружия, которых они, несмотря на наистрожайшие распоряжения, не хотят отдавать, а «взять непослушных не имею кем». Когда подкомиссар отправился в Борисов, крестьяне напали на него в дороге и отобрали лошадей. Подкомиссар просил Борисовскую подпрефектуру «обезопасить (его) жизнь от крестьян» [27, с.26]. Крестьяне деревни Кузевичи, Борисовского уезда, подняли бунт против своего владельца Янковского, перестали выполнять повинности в именин. Отдел минской полиции поручил борисовской полиции «принять меры ко взятию виновных под военную стражу для наказания» [27, с.26].

Крестьянские волнения против помещиков сопровождались массовым разгромом и поджогами имений, убийствами их владельцев. Крестьяне-партизаны деревень Староселье, Можаны и др. ушли в леса и организовали систематические нападения на хлебные магазины, амбары, овины и кладовые окрестных помещиков, а затем стали жечь помещичьи дома и фольварки.

В начале августа восстали крестьяне деревни Смолевичи, принадлежавшей князю Радзивпллу. Еще 31 июля 1812 года смолевичский подкомиссар доносил в Борисов, - что «нет никакой силы склонить крепостных, чтобы в дома свои возвратились .» [38, с.3]. Никакими расправами карательных отрядов, крестьянское движение подавить не удалось.

В начале ноября 1812 года крестьяне имения Ратутичи, принадлежавшего борисовскому костелу, убили арендатора имения помещика Шемпота.

Сильные крестьянские волнения происходили в это время повсеместно и в Могилевской губернии. «Крестьяне предавались волнению против властей помещиков, — писал впоследствии могилевский губернский предводитель дворянства, — производили грабеж, разоряли помещичьи усадьбы, расхищали имущество и, наконец, последнее стремление сделалось по всей губернии общим» [26, с.123].

Сопротивление французским войскам, а также оккупационным властям и тем, кто их поддерживал, оказывали также горожане белорусских территорий.

Свидетелем и непосредственным участником тех событий стал и г. Новогрудок, в то время уездный город Гродненской губернии, а до этого, в 1507-1795 годах – центр большого по территории Новогрудского воеводства (аналог губернии) в составе Великого княжества Литовского.

Появившиеся в городе 3 июля 1812 г. французские войска забирали себе продукты, вино, вещи, домашний скот. Даже после торжественного обеда они унесли с собой фарфоровую посуду и скатерти [53, с.111]. Организаторами грабежа были как французские солдаты, так и офицеры.

В результате творившегося открытого грабежа в отношении городского населения со стороны французских войск, горожане г. Новогрудок численностью до 400 человек вечером 4 июля 1812 г. собрались на городской площади с вилами, пиками, у некоторых были пистолеты и ружья. Они стали решительно протестовать против происходившего. Через некоторое время появилась усмирительная команда французских войск в количестве роты (около 120 человек) [53, с.112]. Из толпы вместе с выкриками в адрес французов началась редкая оружейная стрельба, после чего французы открыли огонь по толпе и быстро ее разогнали, однако все же в последующие ночи в городе творились поджоги и нападения на малочисленные стоянки французских войск. Здесь можно увидеть типично партизанские методы ведения войны против интервентов, которые, кстати, успешно применялись и крестьянами. Подобного рода выступления проходили в основном в небольших городах, где численность французских гарнизонов была невысокой. С течением времени выступления горожан стали приобретать более организованный и решительный характер. Поэтому для поддержания порядка на оккупированных территориях Наполеон был вынужден снимать свои части непосредственно с русско-французского театра боевых действий, тем самым ослабляя боеспособность своей армии.

Следует отметить, что подобного рода выступления проходили и в других местах Беларуси. Сопротивление горожан также препятствовало осуществлению французской политики реквизиций и поборов местного городского населения.

Таким образом, малоэффективному, основанному на труде крепостных сельскому хозяйству было чрезвычайно сложно прокормить Великую Армию. Французская военная администрация и подконтрольные ей органы местной власти применяли все средства, включая военную силу, чтобы изъять у населения как можно больше сельскохозяйственной продукции. Такая политика имела тяжелые последствия для Беларуси. Только одна Гродненская губерния потеряла около 46 % скота. Сельское хозяйство губерний Беларуси было отброшено на многие десятилетия назад.

Культура XVIII - первой половины XIX в.
Технические усовершенствования фабрично-заводского производства, строительство железных дорог, средств связи, разработка новых источников энергии. Технический прогресс в области материального производства, неразрывно связанный с прогрессом прикладных, точных и естественных наук,' привел к росту производительности труда. Это позволило вл ...

Военно-морское искусство русского ВМФ в Северной войне
Успешные боевые действия молодого русского ВМФ в Северной войне внесли крупный вклад в становление и развитие русского военно-морского искусства. Быстрое наращивание Россией военно-морской мощи, блестящие победы её флота на море (Гангутское сражение 1714 г., Эзелъский морской бой 1719 г. и бой у о. Гренгам 1720 г.), активное содействие ...

Строительство Морской академии при Петре I
Целью моей работы было показать, что со строительства Морской академии в Санкт-Петербурге в 1715 г началось развитие и становление российского флота в целом. "Всякий потентат, который едино войско сухопутное имеет, одну руку имеет, а который и флот имеет, обе руки имеет". Это высказывание Петра I как нельзя точно показывает н ...