Биография Меншикова так близко соприкасается и даже переплетается с биографией Петра Великого, что нельзя не остановится, на эпизоде его возвращения в Россию. Более полно его таланты раскрылись в административной деятельности. Началась работа в качестве губернатора столичной губернии, сенатора, резидента Военной коллегии. Разумеется, Калишская победа, штурм Батурина, как и прочие военные успехи, то есть события скоротечные, в которые вложена энергия многих лет тяжкого труда, не идут в сравнение с повседневными, едва заметными по результатам действиями, особенно, если их рассматривать спустя столетия.

Административная деятельность Меншикова малоизучена и еще ждет своего изучения и в распоряжении авторов находятся лишь отрывочные и в значительной мере случайные данные. О том, что эта повседневная деятельность Меншикова была полезной, и Петр нуждался в услугах князя, свидетельствует хотя бы их переписка.

Помимо забот государственных, требовавших присутствия князя в столице, у него была еще одна обязанность, в те времена считавшаяся едва ли не самой важной, - попечение о царевиче Петре Петровиче и царских дочерях Анне и Елизавете. В каждом письме, отправленном царю и особенно царице находившимся в 1716 - 1717 годах в заграничном путешествии, Александр Данилович посвящал несколько строк описанию здоровья царских отпрысков. Можно заметить такой намек, что сын пошел в отца: царевич «изволит более забавлятца прежнего охотою отеческою, а именно барабанным боем».[17]

Особенная близость между Петром Великим и Александром Даниловичем Меншиковым наступила в месяцы, когда велось следствие по делу царевича Алексея. Для государя, посвятившего все свои силы служению известной идее, вопрос о том, способен ли его предполагаемый приемник продолжать начатое им дело, должен был иметь первенствующее значение. А между тем постепенно выяснилось, что этот преемник не только не обладает желательными способностями, но и совершенно не сочувствует самому делу и при первой возможности не преминет разрушить все то, что было достигнуто его предшественником ценою таких страшных трудов и жертв. Вот что пишет по этому поводу Павленко: «Царевич Алексей, сын Петра от первого брака, по складу характера и убеждениям был полной противоположностью отцу. Безвольный и пассивный, он стоял в стороне от забот, полностью поглощавших неуемную энергию царя…»[18] То есть мы видим, что неудавшийся сын грозил свести к нулю все результаты блестящей деятельности отца.

И для Меншикова вопрос о направлении будущего императора был вопросом глубокой важности, вопросом жизни или смерти, по крайней мере, политической. Мы уже неоднократно указывали, как тесно связана была участь любимца с участью Петра, с его направлением. Вне этого направле­ния, с которым он сроднился, которому оказал столько услуг, первенст­вующая роль этого безродного «выскочки» становилась немыслимой. Мало того, ввиду общей ненависти к временщику самая жизнь его с переменой царствования висела на волоске.

И вот человек, существование которого грозило опасностью реформам Петра, положению и, может быть, самой жизни фаворита, устранен . Несчастный царевич, выманенный из своего безопасного убежища за гра­ницей, обнадеженный обещаниями полного прощения, умирает после про­изнесения над ним смертного приговора, умирает жертвой варварских допросов и истязаний . Встает вопрос, какую роль играл Меншиков во всем этом деле, в котором был так сильно заинтересован?

Что гибель царевича была на руку светлейшему князю, что он не пытался поколе­бать в Петре его страшную решимость пожертвовать родным сыном интересам государства, что он с более легким сердцем, чем кто-либо другой из участников комиссии, подписал свое имя под смертным приговором - все это само собой вытекает из самой сути дела. Но писатели, благотворящие Петра Великого и чтящие его память, стремятся снять с него хоть бы часть ответственности за это кровавое, возмущающее человеческую натуру дело. И стараются свалить ее на Меншикова, выставляя его главным виновником противоборства между отцом и сыном, долго и систематически готовившего трагическую развязку.

Поход в Индию
Увлеченный идеей достичь «края Азии» и стать владыкой мира, Александр решил предпринять поход в Индию. В конце весны 327 до н.э., выступив из Бактры, он пересек Паропамис и р. Кофен (совр. Кабул). Ему добровольно подчинилось большинство царств на правом берегу Инда, в том числе сильное государство Таксила; их правители сохранили свою вл ...

Россия в 1917—1920-х гг. Национальная политика Советского государства
В 1917 г. В. И. Ленин сформулировал новую схему национально-государственного устройства. Особое место в этой программе занимали финскийи польский вопросы. Процесс создания единого государства развивался по двум направлениям: 1) создание автономий; 2) предоставление республиканского суверенитета. Многие народы получили автономию дву ...

Вторая пятилетка
В начале 1934 г. был утвержден план второй пятилетки (1933— 1937 гг.). Если за годы первой пятилетки, как считалось тогда, был построен экономический фундамент социализма, то главной задачей второго пятилетнего плана было построение социалистического общества. Среднегодовой прирост промышленной продукции должен был составлять 16,5%, Пре ...