Дальнейшие события подтвердили верность оценок резидентуры ОГПУ в Берлине. Действительно, 14 октября 1933 года Германия демонстративно выходит из Лиги Наций и начинает активно вооружаться. Лозунгом Гитлера становится "пушки вместо масла"[9].

В докладе Председателя Совета Народных Комиссаров на сессии ЦИК СССР 28 декабря 1933 г. подчеркивалось: "До последнего времени дружественные отношения между СССР и Германией покоились на базе их стремления к миру и развитию экономических отношений. Этим принципам мы полностью остаемся верны и теперь. Только в проведении их мы видели силу политического и экономического сотрудничества СССР и Германии, сотрудничества в интересах обеих стран и всеобщего мира. С другой стороны, политика идеологов воинствующего национал-социализма, вроде Розенберга и других, прямо этому противоположна. Поскольку эта политика насквозь пропитана реакционными вожделениями и захватническими империалистическими планами, она несовместима с укреплением дружественных отношений с СССР"[10].

Упомянутые в речи Председателя Совнаркома экономические связи между СССР и Германией были практически единственным элементом отношений между обеими странами рапалльского периода, который сохранил свое значение на первых порах после 30 января 1933 г. Однако в этой области также весьма скоро сказались негативные последствия изменений в германской политике.

С учетом особенностей нового правительства Германии главным для советской дипломатии в течение этих первых месяцев был вопрос о том, можно ли рассчитывать на возможность приостановить хоть на какое-то время ухудшение советско-германских отношений и, в определенных рамках, не дать возникнуть уже сейчас открытой военной угрозе.

Первые действия нового правительства в сфере советско-германских связей не соответствовали, казалось, общей линии, выраженной в откровениях "Майн кампф".25 февраля 1933 г. было подписано, наконец, соглашение по финансовым и экономическим вопросам, которое в целом учитывало советские пожелания[11]. В апреле германским правительством было принято решение о ратификации протокола о продлении Берлинского договора, и 5 мая 1933 г. в Москве был произведен обмен ратификационными грамотами[12]. Германские официальные представители дружно заверяли советских дипломатов в беседах, что смена правительства не приведет к пагубным последствиям для отношений между обеими странами.9 марта влиятельный орган германских деловых кругов "Берлине берзенцайтунг" писала (разумеется, с одобрения новых властей): "Германо-советские внешнеполитические отношения стоят на крепких основах. С одной стороны, в условиях версальской системы и при существующем характере германо-польских отношений СССР является естественным партнером Германии; с другой стороны, хорошие отношения с Германией дают СССР более верную гарантию против образования антисоветского фронта, нежели какие-либо иные отношения или пакты о ненападении. Заключением нового соглашения о кредитах с СССР германское правительство уже показало, что оно, невзирая на внутриполитическую борьбу против коммунизма, намерено сохранить прежние германо-советские отношения"[13].21 марта было опубликовано интервью Геринга, в котором выражалась "уверенность", что советско-германские отношения "будут столь же дружественными, как они были в прошлом"[14]. А 7 мая 1933 г. уже розенберговская "Фёлькишер беобахтер" выступила в пользу "сохранения дружественных взаимоотношений (с СССР) в интересах взаимной пользы"[15].

Февральская революция в России
Внутренняя нестабильность, недовольство правительством в условиях продолжавшейся войны, экономического кризиса и разрухи привели в начале 1917 г. к революционному взрыву в Петрограде. Командующий Петроградским военным округом генерал С. С. Хабалов не смог навести порядок, и вечером 26 февраля произошло принципиальное изменение в расс ...

После Тарутинского марш-маневра
Москва была окружена плотным кольцом партизанских отрядов, выделенных Кутузовым из состава армии. Вместе с ними действовало множество крестьянских партизанских отрядов. Эти кольца постепенно сужались и угрожали постепенно превратить стратегическое окружение в тактическое. Таким образом, Кутузов обеспечил блокирование неприятельской арм ...

Район Майнилы
Советско-финляндская граница проходила всего лишь в 32 километрах от города, а отсутствие военно-морской базы, контролирующей выход в восточную часть Балтийского моря, давало возможность иностранным военным кораблям в случае войны вести здесь активные боевые действия. Северо-западную границу с советской стороны от Баренцева моря до Фин ...