Проводя свои военные приготовления и выживая французов из Фашоды, английское правительство все же по-прежнему воздерживалось от прямого требования о немедленном отступлении Маршана. Тем самым оно содействовало предотвращению разрыва и войны.

23 октября 1898 г. Делькассе с еще большей определенностью повторил Монсону, что, если будет дано принципиальное согласие на доступ Франции к Нилу, французское правительство без колебаний предпишет Маршану очистить Фашоду[67].

Раздумывал английский премьер недолго. Его ответ пришел достаточно в виде секретной памятной записки. В ней повторялся отказ от переговоров с Францией до эвакуации ею Фашоды. Но одновременно в записке сообщалось, что если Маршан получит приказ освободить Фашоду, то тем самым будут устранены препятствия для дискуссии по вопросу о разграничении. Французское правительство будет иметь возможность открыть с Англией переговоры о границе «в этих районах».

Записка Солсбери означала некоторую уступку: теперь он еще до приказа об эвакуации Фашоды давал согласие вести переговоры о разграничении — после того как эвакуация состоится. Но уступка его была минимальная: предоставить Франции доступ к Нилу Солсбери в своей памятной записке не обещал. Наоборот, в ней содержалось предупреждение, что результат переговоров ни в какой мере не является предрешенным. Не было, правда, и прежней оговорки, что переговоры могут касаться только территорий вне Нильского бассейна.

Тем временем пал кабинет Бриссона. Ему на смену 1 ноября пришел кабинет во главе с Дюпюи. Новое правительство сразу приняло давно намеченное решение: отозвать французский отряд. 3 ноября Делькассе, сохранивший свой пост, направил через дипломатического агента в Каире приказ Маршану. Ему предписывалось оставить Фашоду со всеми своими людьми и возвратиться во Францию. Приказ был мотивирован плохим санитарным состоянием отряда.

Казалось бы, теперь должны последовать англо-французские переговоры. Но на вопрос французского посла Солсбери ответил, что «ввиду состояния умов в обеих странах» переговоры о разграничении не представляется желательным открыть немедленно.

5 ноября Солсбери выступал в Сити. Он прославлял победы в Судане, славословил Китченера. Он сообщил об отозвании Маршана. Но между Францией и Англией, указал премьер, остались еще спорные вопросы, которые потребуют длительных дискуссий. Солсбери, следовательно, все-таки публично подтвердил готовность начать переговоры.

Но как бы то ни было, англо-французские отношения оставались напряженными. Французское посольство в Лондоне полагало, что единственный способ избежать войны с Англией — это показать ей, что Франция к войне полностью подготовлена.

В декабре 1898 г. в Лондон прибыл новый французский посол — Поль Камбон. Его встретили вежливо, но при этом английские министры не выразили ни малейшего желания начать переговоры. Они ждали, пока запуганная Франция откажется от притязаний на область Бахр-эль-Газаль, т. е. на выход к Нилу.

Для Франции война с Англией потенциально всегда влекла за собой определенный риск нападения Германии: последняя могла бы воспользоваться удобным случаем для нового разгрома своей западной соседки. Делькассе из страха перед Англией решил завязать переговоры с Берлином: надо было выяснить, чего следует ожидать со стороны Германии, можно ли рассчитывать на ее нейтралитет в случае дальнейшего обострения англо-французского конфликта.

Через одного влиятельного и богатого судовладельца, Делькассе предложил в Берлине обменять Эльзас и Лотарингию на одну из французских колоний. Само собой разумеется, что и на этот раз он получил отрицательный ответ. Германское правительство дало Делькассе понять, что только формальный отказ французского правительства от надежд на возвращение Эльзаса и Лотарингии может обеспечить прочное франко-германское сотрудничество.

Французское правительство вынуждено было продолжать отступление перед Англией. Оно отказалось от области Бахр-эль-Газалъ и от выхода к Нилу. Притязания на возвращение Эльзаса и Лотарингии, как показывают факты, французское правительство не могло продать не только за этот район, но даже и за весь Нильский бассейн или любую другую колонию. Франция капитулировала перед Великобританией в борьбе за бассейн Нила. После того как она отступила из Фашоды и спасовала в борьбе за доступ к верховьям реки, никто в Англии всерьез уже не мог бояться, что французы возобновят борьбу за Египет: со слишком важными козырями Франция теперь рассталась. Вместе с тем проиграла и Германия: Англия, упрочив свое положение в Египте, стала гораздо меньше нуждаться в ее поддержке в египетских делах.

Гражданская война в России.
Причины: - изменение характера политической власти - отказ большевиков от идеи однородного социалистического правительства и принципов парламентаризма - недемократические меры большевиков - заключение Брестского мира - экономическая политика советской власти в деревне Иностранная военная интервенция также была обусловлена рядом фак ...

Память потомков
Он так и не узнал о своей славе! Все почести М.И. Кошкин заслужил уже потом, когда в боях за Родину прославился его танк, серийного производства которого он добивался в тяжелой и упорной борьбе в то сложное, тяжелое для страны время. Его имя вошло в Большой энциклопедический словарь: «Кошкин Михаил Ильич (1898-1940), советский конструкт ...

Екатерина и отношения с Польшей
В XVIII в., в царствование Екатерины[23], во внешней политике по отношению к Польше господствовала одна простая цель, которую можно обозначить словами: "территориальное урезывание враждебного соседа с целью округления собственных границ".Предстояло довершить политическое объединение русской народности, воссоединив с Россией от ...