//”Страшная тема сталинского террора”… о, ужас… что может написать писатель о чужой стране? По-моему только свои вымыслы и сочинения.//

Одна из немногих, очевидно, сфер, в которых Запад отстает от России, это описание, переживание и осмысление ужасов сталинской эпохи. Сейчас интерес к этой теме в самом разгаре. В 2002-м году британский прозаик Мартин Эмис (сын Кингсли Эмиса) опубликовал сборник эссе о Сталине “Коба Ужасный. Смех и 20 миллионов”. В 2003-м году стал бестселлером монументальный труд американского историка Энн Эплбаум “История Гулага”, а в 2004-м - биография Сталина, написанная известным британским историком Симоном Монтефиоре. Она называлась: “Сталин. При дворе красного царя”. И вот сейчас Мартин Эмис написал об этом времени роман “Дом свиданий” - вымышленные //вот именно, что “вымышленные”// воспоминания бывшего узника сталинских лагерей. Один из рецензентов книги, Лайсл Шиллингер (Liesl Schillinger), до некоторой степени объясняет этот чуть запоздавший интерес западных историков и писателей к российской трагедии:

Советские архивы, ставшие доступными в 1990-х годах, словно навели порчу на западных писателей, историков и политиков. До того времени многие не верили (или не до конца верили) в то, о чем писали Солженицын и другие российские свидетели и историки. Это казалось диссидентским преувеличением. Но когда их свидетельства подтвердили западные исследователи, даже скептиков потряс и заворожил масштаб злодейства. И у многих возникла непреодолимая потребность донести свое потрясение до широкой публики. Роман Мартина Эмиса “Дом свиданий” выполняет именно эту задачу. То, что в прежних описаниях было для массового читателя или слишком сухо и безлично, или непереводимо, или слишком пространно (как, скажем, “Архипелаг Гулаг”), предстало, наконец, в романе Эмиса ужасающе яркой и живой картиной.

//Данные товарищи, например, считают, что в архивах содержится такая же информация, что и у Солженицына. Такие мнения сразу вызывают сомнения. Ну, не могли авторитетные учёные Франции и США написать в своих отчётах ложь.//

Как пишет другой рецензент, Мичико Какутани, Эмис создает в романе историю, “глубоко трогающую душу - столь личную, сколь и эпохальную”. Это история двух братьев - узников послевоенного “Норлага”. Один из братьев - сам рассказчик. Пережив лагерь, он дожидается перемен, становится торговцем оружием и, используя связи и деньги, в конце концов, убегает в Америку.

//И после этого он ещё и не преступник, а жертва? Свободная торговля оружием в СССР была запрещена. “… убегает в Америку.” – а кто же хочет получить второй срок за торговлю оружием? Были невиновные, но их было немного и они не относились к типу людей, описанному в данной американской книжке.//

Награжденный орденами ветеран второй мировой войны, он начинает с описания грабежей и изнасилований, которые совершал он сам и его однополчане, когда вошли в 1945-м году в Германию.

//О чём идёт речь? Давным-давно было миллион раз документально доказано, что советские солдаты не трогали немецкое население, и к военнопленным относились очень бережно. Ещё один вымысел в сочинении американского писателя.//

Зато отсутствие нравственных колебаний помогает ему в ГУЛАГе, где он собственноручно убивает трех доносчиков, спасая себя и брата.

Вопрос о происхождении Меншикова
Имя Александра Даниловича Меншикова прочно связано с петровскими преобразованиями, и человек он, несомненно, одаренный и сумевший получить известность на самых различных поприщах - военном, административном. Уже с первых шагов при попытке определения статуса Меншикова мы наталкиваемся на серьезные трудности. Дело в том, что у нас не име ...

Внешняя политика России во второй половине XIXв.
1865-1881гг - присоединение Средней Азии 1858г - Айгунский договор 1860г - Пекинский договор 1860г - основание Владивостока 1855г - Симодский договор 1867г - передача Аляски Задачи: - обеспечение благоприятных международных условий для проведения реформ и обеспечения ускоренной модернизации - достижение отмены ограничительных ста ...

Развитие национального и иностранного капитала
Новая экономическая политика Гоминьдана не сразу выявила свою экономическую и социальную эффективность. Быстрее и активнее отреагировал, естественно, национальный капитал. С 1951 по 1964 г. в промышленности, торговле и сфере услуг число частных предприятий увеличилось с 68 тыс. до 227 тыс., а частные капиталовложения возросли на 1353 мл ...