Историческая информация » Эвакуация белой армии в Бизерту

Эвакуация белой армии в Бизерту
Страница 7

Решение всех вопросов, связанных с их возвращением, было возложено на одного из создателей Рабоче-Крестьянского Красного Флота, бывшего начальника Морского Генерального штаба и командующего всеми Морскими силами Республики, особого порученца при председателе РВС, военно-морского атташе в Великобритании и Франции Евгения Андреевича Беренса. Руководство технической комиссией поручалось академику — кораблестроителю А. Н. Крылову. Известие о планируемой передаче кораблей СССР, конечно, вызвало у большинства бизертских моряков негативную реакцию.

Как писал летописец русской колонии морской офицер А. Лукин, «не только у моряков, но и у всех русских людей дрогнуло сердце, когда 29 октября 1924 года в 17 часов 25 минут раздалась команда: «На флаг и гюйс», а спустя минуту — «Флаг и гюйс спустить». Так перестала существовать Черноморская военная эскадра, которая после знаменитой крымской эвакуации 1920 года оказалась в тунисском порту Бизерта. Однако история эскадры на этом не закончилась, хотя 30 октября военно-морской префект Франции объявил, что его страна больше не оказывает русским никакой поддержки, а на кораблях были выставлены французские караулы.

20 декабря 1924 года «начальником отряда судов Черноморского флота, находящихся в Бизерте», с советской стороны был назначен М. Викторов, комиссаром отряда — А. Мартынов. 28 декабря в Бизерту прибыла техническая комиссия во главе с Крыловым, которая стала решать судьбу кораблей. В ходе осмотра наиболее ценных кораблей особый интерес вызвал линкор, который существенно усилил бы возрождающиеся Морские силы Черного моря, оставшиеся, по существу, без крупных боевых единиц. Работы по осмотру кораблей и определению их пригодности к дальнейшей службе продолжались до 6 января 1925 года. Список кораблей, годных к возвращению в СССР, включал в себя линкор «Генерал Алексеев», шесть эсминцев и четыре подводные лодки. Остальные суда без эксплуатации и надлежащего ухода под палящими лучами африканского солнца пришли в неудовлетворительное техническое состояние, их было предложено продать на слом. Для буксировки кораблей в Одессе сформировали отряд в составе ледокола «С. Макаров» и ледореза «Федор Литке».

Однако начавшиеся переговоры о передаче кораблей эскадры и нескольких транспортных судов не поддержал сенат Франции. Условием возвращения эскадры сенаторы выдвинули требование о признании Советским правительством царских долгов. Москва отказалась, и эскадра была расформирована и передана в ведение командира военно-морской базы.

В судьбе большинства кораблей этим была поставлена точка. Небольшая часть из них была продана: канонерские лодки «Всадник» и «Грозный», тральщик «Китобой», буксир «Голланд», транспорт «Добыча» — Италии, посыльное судно «Якут» — Мальте, транспорт «Форос» — Греции, спасательное судно «Черномор» — французскому судовладельцу. Оставшиеся корабли и суда в конце концов были заполучены французской судоразделочной компанией «Клягун», которая с 1930 года начала их разборку на металл.

Во Франции их в ожидании разборки продержали еще много лет. На корпусе каждого из них в носовой части белой краской был нанесен номер, означавший очередность разборки. В Бизерте разбирали корабли русские специалисты, фирма инженера Е. Клягина. Последним через шесть лет был разрезан флагман — успевший затонуть «Генерал Алексеев».

Незавидна и судьба русской колонии. Многие русские уехали в другие страны. Оставшиеся же были вынуждены думать о средствах к существованию. Офицеров французы охотно брали на «госслужбу» — в Морское ведомство, в различные конторы, через которые управляли протекторатом Тунис. Те, кто сошел на берег, устраивались работать на фермы, подавались в земледельцы, землемеры, рабочие, рыболовы. Интересно, что уроки музыки давали только русские. Работали они и таперами в синематографе, и даже сторожами. Оставшиеся в Бизерте колонисты старались жить сплоченно. Важную роль в этом играла церковь, которую было решено построить. Так на африканском берегу появился храм Александра Невского, роспись сводов которого была закончена в 1939 году. Предполагалось, что церковь, в которой хранились реликвии эскадры, будет служить местом поклонения будущих поколений русских. Но прошли годы, храм опустел, ушли из жизни почти все, кто ступил на землю Туниса в начале 20-х годов, а их потомки выехали в другие страны.

Страницы: 2 3 4 5 6 7 8


Ограда
В 1832—1833 годах по проекту архитектора Стасова в память о победе в русско-турецкой войне 1828—1829 годов вокруг собора сооружена ограда, основа которой — стволы трофейных турецких пушек, взятых со стен турецких крепостей Измаила, Варны, Тульчи, Исакчи, Силистрии, а также взятые при сражении под Кулевчи. На стволах сохранились вычекане ...

Партизанство в годы Великой Отечественной Войны.
В оперативной разработке к плану "Барбаросса", составленной Управлением военной экономики и военной промышленности 13 февраля 1941 года, первой проблемой, с которой столкнется Германия в случае затяжной войны, была названа транспортная проблема. В ноябре 1940 года расчеты генерал-квартирмейстерской службы показали, что немецк ...

Свадьба
Свадебные обычаи в эпоху язычества отмечались у разных племён. У радмичей, вятичей и северян жених должен был похитить невесту. У других племён считалось нормальным платить за неё выкуп роду. Этот обычай, вероятно, развился из выкупа за похищение. В конце концов откровенная плата была заменена подарком невесте со стороны жениха или её р ...