Сам он в своих работах, главной из которых, несомненно, является "Домашний быт русских царей", создал живую картину русского повседневного уклада XVI-XVII веков. Будучи по убеждениям западником, он создавал точный и правдивый, без идеализации и дискредитации, образ допетровской Руси.

Современником И.Е. Забелина был его петербургский коллега Николай Иванович Костомаров. Книга последнего "Очерк домашней жизни и нравов великорусского народа в XVI-XVII столетиях" была адресована не только и не столько ученой публике, сколько широкому кругу читателей. Сам историк объяснял во введении, что очерковая форма избрана им для того, чтобы донести исторические знания до людей, "погруженных в свои занятия", которые не имеют ни времени, ни сил осваивать "ученые" статьи и "сырые материалы", подобные актам Археографической комиссии[4]. В целом работа Костомарова читается гораздо легче, чем труд Забелина. Подробность в ней уступает место беглости изложения и широте охвата материала. В ней нет тяжеловесной скрупулезности забелинского текста. Костомаров больше внимания уделяет бытовому укладу простого народа.

Таким образом, обзор классической исторической литературы по теме исследования приводит нас к выводу, что объектом наблюдения ученых становятся либо крупные исторические процессы прошлого, либо этнографические подробности современного авторам народного быта.

Советская историография по теме исследования представлена, например, работами Б.А. Романова, Д.С. Лихачева и др.

Книга Б.А. Романова "Люди и нравы Древней Руси: историко-бытовые очерки XI-XIII вв." была написана в конце 1930-х годов, когда ее автор, петербургский историк, архивист и музеевед, обвиненный в участии в "контрреволюционном заговоре", вышел на свободу после нескольких лет заключения. Романов обладал талантом историка: способностью за мертвыми текстами видеть, как он выражался, "узоры жизни"[5]. И все же Древняя Русь была для него не целью, а средством "собрать и привести в порядок собственные мысли о стране и народе"[6]. Поначалу он действительно пытался воссоздать повседневную жизнь домонгольской Руси, не выходя из круга канонических источников и традиционных методов работы с ними. Однако "вскоре историк понял, что это невозможно: такое "историческое полотно" состояло бы из сплошных дыр"[7].

В книге Д.С. Лихачева "Человек в литературе древней Руси" исследуются особенности изображения человеческого характера в произведениях древнерусской литературы, при этом основным материалом исследования становятся русские летописи. При этом господствовавший в литературе того времени монументальный стиль в изображении человека оставляет за рамками внимания исследователя подробности быта простых русичей.

Можно сделать вывод, что и в книгах советских историков целенаправленное изучение средневековой повседневности отсутствует.

Современные исследования представлены трудами В.Б. Безгина, Л.В. Беловинского, Н.С. Борисова и др.

В монографиях Б.В. Безгина[8] рассмотрены различные стороны крестьянской повседневности конца XIX - начала XX в. на основе архивных материалов. Дан анализ состояния сельских традиций в период модернизации страны. В книге исследованы проблемы хозяйственной деятельности, общинного уклада, правовых воззрений, духовных традиций и семейного быта русского крестьянства.

Соблюдение общественных интересов
Уже говорилось о том, что большая часть тех материалов, которые в письменном или устном виде создает специалист по связям с общественностью, так или иначе воздействует на общество, вызывает общественный резонанс. Все то, что закон определяет как незаконное, одновременно является и неэтичным, и в этом закон и этические нормы полностью со ...

Историческое становление письменных коммуникаций
Письменные коммуникации имеют давнюю историю, ее практика восходит еще к седой древности. Языковые формулы, виды, разновидности официальной корреспонденции, формуляры, способы оформления и работы с ней создавались и шлифовались веками. Многие виды писем имеют тысячелетнюю историю. Уже в те далекие времена письмо служило гарантией выпол ...

Назначение Кутузова.
Барклай де Толли был опытным военачальником. Он сумел сорвать замысел Наполеона и уберечь русскую армию от разгрома. Но он не понимал народного характера войны, армия ему не доверяла. Руководить народной войной мог человек не только опытный в военном деле, но и авторитетный и любимый в армии, способный понимать и учитывать особенност ...